Синдром Герстмана-Штраусслера-Шайнкера. Фатальная семейная бессонница.

содержание

Синдром (болезнь) Герстмана-Штраусслера-Шейнкера, или синдром ГШШ – нейродегенеративное прионное заболевание. За этим исчерпывающим и сугубо специальным определением скрывается тяжелая, редкая, в некоторых отношениях уникальная патология, и хотя бы поэтому каждое слово заслуживает более подробного рассмотрения.

Дегенерацией, – применительно к единичному организму, – называют патологический процесс перерождения (вырождения) на клеточном уровне, в ходе которого та или иная ткань постепенно утрачивает нормальную, естественную для нее структуру, становясь все более примитивной по строению и все хуже справляясь с возложенными на нее функциями.

Как правило, такие процессы обусловлены нарушениями клеточного метаболизма (дистрофия) и/или дефицитом кровоснабжения (ишемия), конечным результатом чего является полная деградация, сокращение в объеме и отмирание (атрофия, некроз, инфаркт) паренхиматозной, т.е. функциональной, узкоспециализированной ткани какого-либо органа.

Соответственно, термином «нейродегенеративные заболевания» обозначают большую группу болезней, обычно наследственных и на сегодняшний день неизлечимых, при которых дегенерирует сложнейшая паренхима центральной нервной системы, т.е. нейронное вещество спинного и/или головного мозга, а также нервных узлов и сплетений периферической нервной системы.

Начинаясь, как правило, с незначительных нарушений памяти, речи, моторных функций, большинство таких заболеваний в терминальной стадии обусловливают тотальную деменцию (органическое слабоумие) и сугубо вегетативное существование пациента.

К наиболее известным нейродегенеративным процессам относятся болезни Альцгеймера, Пика, Паркинсона, амиотрофический боковой и рассеянный склероз, и пр.

Прионные же заболевания, или спонгиоформные (губчатые) энцефалопатии – совершенно особый вид нейродегенерации, причиной которого является недавно открытые (1982) белки-прионы, до сих пор остающиеся предметом интенсивных научных дискуссий: некоторые исследователи склонны считать прионы особой формой жизни, другие рассматривают их исключительно как биохимический феномен.

Так или иначе, но прионные молекулы способны in vivo модифицировать другие белки таким образом, что те превращаются в идентичные прионы; в результате клетка погибает, а ткань в целом вырождается в пористую биомассу, не имеющую никакого отношения к первоначальной специализации.

Поскольку этот процесс прогрессирует в веществе головного мозга (причем значительно быстрее, чем другие виды нейродегенерации), его проявления и последствия трудно назвать иначе, как катастрофическими.

Широкую огласку получили прионные эпизоотии сельскохозяйственного скота (овечья почесуха, коровье бешенство), однако прионными оказались и некоторые заболевания человека, ранее приписываемые неизвестным вирусам, – болезнь Крейтцфельдта-Якоба, куру, фатальная семейная инсомния.

Что касается синдрома Герстмана-Штраусслера-Шейнкера, то как самостоятельная нозологическая единица он выделен и описан еще в 1936 году, однако этиопатогенез этой специфической нейродегенерации стал ясен лишь с открытием прионов и осуществлением хромосомных исследований. К счастью, эта патология не просто редка, а встречается исключительно редко: примерно в одном случае на 10 млн населения.

2.Причины

Наряду с фатальной семейной бессонницей и генетическим вариантом болезни Крейтцфельдта-Якоба, синдром ГШШ является не трансмиссивным (заразным), а наследственным заболеванием. Дефектный ген PRPN запускает «цепную реакцию» воспроизводства белков-прионов в мозговой ткани.

Как правило, это происходит в возрастном интервале от 20 до 60 лет, однако о реальной распространенности, о возрастных закономерностях, о влиянии фактора пола и других характеристиках процесса трудно судить с уверенностью, поскольку накопленный объем наблюдений, по статистическим меркам, совершенно недостаточен.

3.Симптоматика, диагностика

Некоторые клинические и патоморфологические особенности синдрома ГШШ роднят его с болезнью Альцгеймера, другие – с различными нейродегенеративными формами атаксии (неупорядоченности, двигательной дискоординации). Это дополнительно осложняет диагностику и, видимо, нередко приводит к диагностическим ошибкам, которые могут быть однозначно устранены только при посмертном патоморфологическом исследовании.

В симптоматике выявляются феномены, характерные как для органического поражения мозжечка (нарушения координации движения, способности к пространственной ориентации), так и т.н.

бульбарная симптоматика, специфическая для поражений продолговатого мозга: ослабление и постепенное отмирание глотательного рефлекса, прогрессирующие нарушения артикуляторных составляющих речи и т.д. В терминальной стадии клиническая картина носит столь же тотальный и катастрофический характер, как и при других видах нейродегенерации.

Однако от сходных заболеваний именно прионного генеза синдром ГШШ отличается более медленным течением: усредненный период от манифестации до летального исхода составляет примерно 5-6 лет (в разбросе от 3 месяцев до 13 лет).

4.Лечение

Как отмечалось выше, этиопатогенетического лечения (устраняющего причину либо хотя бы влияющего на механизмы развития) прионных и/или нейродегенеративных заболеваний на сегодняшний день не существует. Проводится симптоматическое лечение (ноотропы, протекторы когнитивных функций, корректоры поведения и пр.).

Однако одна из уникальных особенностей синдрома ГШШ заключается в том, что в 2014 году было опубликовано сообщение о том, что путем сложнейшей генетической профилактики и последующего экстракорпорального оплодотворения удалось предотвратить «запуск» прионной нейродегенерации у детей пациентки с очень высоким риском хромосомной передачи именно этого заболевания. Разумеется, от одной публикации до всесторонне аргументированной, доказанной и отработанной клинической методики – дистанция огромная, и все же есть, по всей вероятности, реальные основания предполагать решение проблемы прионных нейродегенеративных заболеваний в обозримом будущем.

Фатальная семейная инсомния, PRNP м. — узнать цены на анализ и сдать в Москве

Метод определения Секвенирование. Выдаётся заключение врача-генетика!

Исследуемый материал Цельная кровь (с ЭДТА)

Исследование мутаций в гене PRNP.

Фатальная семейная инсомния (бессонница, Fatal familial insomnia, FFI, OMIM600072). Открыта итальянским доктором Игнацио Ройтером в 1979 г., наблюдавшим смерть от бессонницы двух родственниц жены. Заболевание манифестирует в широком возрастном диапазоне.

Основным её проявлением является тяжёлая длительная бессонница, нарушение циркадных ритмов, впоследствии присоединяются галлюцинации, дизартрия, тремор, миоклония, атаксия. Выделяют 4 стадии развития болезни: вначале пациент страдает от всё более тяжёлой бессонницы, панических атак и фобий. Эта стадия длится в среднем 4 месяца.

Панические атаки становятся серьёзной проблемой, и к ним присоединяются галлюцинации. Эта стадия длится в среднем 5 месяцев. Затем развивается полная неспособность спать, сопровождаемая быстрой потерей веса. Эта стадия длится в среднем 3 месяца. Наконец, пациент перестаёт говорить и не реагирует на окружающее.

Это последняя стадия болезни, длящаяся в среднем 6 месяцев, после чего пациент умирает. 

В мозге больных обнаруживают множественные астроглиоцитомы, замещающие серое вещество, однако, не выявляют губчатой энцефалопатии. Причиной фатальной семейной бессонницы является мутация D178N гена PRNP. Тяжесть клинических проявлений и возраст манифестации связывают с полиморфизмом M129V этого гена.

  • Тип наследования.
  • Аутосомно-доминантный.
  • Гены, ответственные за развитие заболевания.
  • Ген PRNP (PRION-RELATED PROTEIN) находится на хромосоме 20 в регионе 20р13. 

Мутации в этом гене встречаются также при болезни Крейтцфельдта-Якоба, болезни Герстманна-Штреусслера-Шейнкера и спонгиоформной энцефалопатии с нейропсихическими проявлениями.

Патогенез и клиническая картина.

Прионовый белок может существовать в двух формах. Его нормальная, или клеточная форма, обозначенная как РrРC (Prion Protein of Cell, англ.), обнаруживается в организме всех млекопитающих, включая и человека.

Нормальный прионовый белок РrРC играет чрезвычайно важную роль в жизнедеятельности организма: участвует в передаче нервных импульсов и, самое главное, играет определяющую роль в поддержании циркадных ритмов, регулируя суточные циклы активности и покоя в клетках, органах и в организме в целом. В организме людей и животных, страдающих ТСЭ, прионовый белок обнаруживается в другой форме, обозначаемой как РrРSc. Подобная аббревиатура обусловлена тем, что природным резервуаром инфекционной формы прионов служат овцы и козы, у которых спонтанно может развиваться уже упомянутое выше заболевание под названием скрапи (scrapie, англ.). 

Мутантные прионы, по всей видимости, обладают нестабильной структурой и поэтому могут подстраиваться и взаимодействовать с PrPSc, что неизбежно ведет к возникновению заболевания. 

Заражение происходит, когда молекула патогенного приона (РrРSc) попадает в организм. У коровы, человека и некоторых других млекопитающих (мышей, хомяков, овец, шимпанзе) нет ферментов, разлагающих прионы с измененной структурой на составляющие.

Поэтому, попав в кровь, патогенный белок рано или поздно оказывается на поверхности нейрона. Там он взаимодействует с расположенными рядом нормальными прионами, и они медленно изменяют свою пространственную структуру, превращаясь в патогенный.

Изменившиеся белки сливаются в бляшки, и клетка гибнет. 

Механизм развития заболевания на сегодняшний день изучен недостаточно. По одной из теорий накопление поврежденного белка ведет к увеличению восприимчивости нервной клетки к оксидативному стрессу и запуску механизма запрограммированной клеточной гибели – апоптоза. 

Частота встречаемости: не установлена. Заболевание редкое.

Перечень исследуемых мутаций может быть предоставлен по запросу.

Фатальная семейная бессонница » Лахта Клиника

Редчайший диагноз «фатальная семейная бессонница» до недавних пор был в деталях известен лишь очень немногим узким специалистам.

Читайте также:  Канефрон н - инструкция по применению, отзывы, аналоги и формы выпуска (драже или таблетки, раствор или капли, сироп для приема внутрь) лекарства для лечения цистита, пиелонефрита у взрослых, детей и при беременности и алкоголь

Однако в последние десятилетия он стал объектом научного интереса, обсуждения и изучения, причем в совершенно определенном контексте, – о чем будет сказано ниже.

На эту закономерную актуализацию чутко откликнулся псевдонаучно-популярный сегмент интернета, сразу же запестревший заголовками вроде «Только что открыта новая ужасная болезнь» или «Смерть без сна – миф или реальность?». 

Оставим подобные формулировки на совести копирайтеров (ни один человек, хотя бы заглянувший в учебник медицинской этики и деонтологии, до такого не додумался бы) и попробуем внести необходимую ясность в вопрос об этом тяжелом нейродегенеративном заболевании, по возможности лишив его ореола сенсационности, загадочности и чуть ли не «популярности». Последнее уже дает свои плоды, порой весьма своеобразные: буквально два дня назад автор данного материала консультировал пациентку с сенесто-ипохондрическим синдромом, которая, вычитав на каком-то форуме оживленное обсуждение фатальной бессонницы, тут же поставила себе еще и этот диагноз (все остальные к тому времени уже были поставлены) и в подтверждение отправилась делать дорогостоящий генетический анализ; отрицательному результату, разумеется, не поверила.

Фатальная семейная бессонница – не «новая» и, тем более, не «только что открытая» болезнь. В русскоязычную страничку Википедии вкралась либо ошибка, либо (хочется верить) опечатка: там указывается, что первый известный случай описан итальянским врачом в 1979 году.

Это действительно произошло в Италии, в Венеции, но впервые смерть именно от инсомнии (лат. «полное отсутствие сна») была документирована двумя столетиями раньше, в 1765 году.

По другим источникам, эта дата соответствует, – да и то предположительно, – году рождения пациента по имени Джакомо, страдавшего фатальной инсомнией и скончавшегося в 1836 году. Так или иначе, сам факт существования фатальной инсомнии признан медициной более двухсот лет назад.

Другое дело, что официально учитываемая нозологическая единица, формулируемая как «Фатальная семейная инсомния», введена лишь в 1986 году. 

В Международной классификации болезней 10 пересмотра (МКБ-10, вступила в силу в 1995-1999 годах) этот диагноз был отнесен к рубрике атипичных вирусных инфекций и подразумевался пунктом «неуточненные».

В новой МКБ-11, которая вот-вот будет принята членами ВОЗ как главный нозологический классификатор мира, фатальная семейная бессонница обозначена уже в явной форме и отнесена к той рубрике, где она и должна быть по своей этиопатогенетической сути – к группе генетических прионных болезней нервной системы.

Это не вирусная инфекция. Фатальная семейная бессонница представляет собой разновидность спонгиоформной (губчатой) энцефалопатии, вызываемой прионом.

Об истории открытия и патогенных свойствах белков-прионов более подробно говорится в информационно-справочных материалах на сайте Лахта Клиники: «Прионные болезни» и «Болезнь Крейцфельдта-Якоба». Вкратце, прион – это протеин PrP, для организма млекопитающих нормальный и присутствующий, в частности, в клеточных мембранах (функции его изучены недостаточно полно).

В силу наследуемого генетического сбоя или спонтанной мутации гена, кодирующего этот белок, искажается конформация, т.е. способ компактной пространственной свертки, «упаковки» атомов в белковой молекуле.

Вместо обычного PrPC синтезируется гомологичный протеин PrPSc, – прион, – который вместе с аномальной структурой приобретает чрезвычайную стойкость к химическим и физическим воздействиям (дезинфицирующим, стерилизующим и т.д.), а также уникальную способность к самовоспроизведению, присущую, как считалось ранее, исключительно живой материи.

Помимо этой способности, обязательными и необходимыми свойствами белковой жизни микробиология полагает клеточное строение (вирусы не являются клеткой), наличие протеиновой оболочки (у вироидов, в отличие от вирусов, нет белкового капсида) и, главное, использование нуклеиновых кислот в качестве носителя генетической информации, т.е.

алгоритма, по которому будет осуществляться точная репликация клеток или макроорганизма в целом. Даже мельчайший из известных инфекционных агентов, – субвирусная частица, вироид, – представляет собой саморазмножающуюся молекулу рибонуклеиновой кислоты (РНК), паразитирующую в клетке организма-хозяина.

Молекула же прионного белка не обладает ни клеточным строением, ни оболочкой, ни нуклеиновым радикалом в составе. И тем не менее, в случае контакта с прионом нормальный белок превращается в точную копию аномального, обладающую той же конформационной структурой и теми же агрессивными свойствами, что и прион.

Пораженный участок с экспоненциальной скоростью утрачивает природное строение и функциональную состоятельность, процесс по типу цепной реакции распространяется на смежные объемы, поглощая содержащийся в них PrPС и трансформируя его во все новые и новые молекулы PrPSc. На цитологическом уровне это приводит к массовой гибели клеток, на гистологическом – к злокачественному, т.е.

быстрому и необратимому, перерождению высокоорганизованной нервной ткани в пористую губкообразную субстанцию с лакунами на месте погибших клеток, волокнистыми отложениями прионного белка (амилоидными фибриллами) и глиозом, т.е. разрастанием нейроглии (каркасной, вспомогательной ткани органов нервной системы); на уровне клиническом – развиваются тяжелые, неотвратимо прогрессирующие психоневрологические синдромы, в конечном счете несовместимые с жизнью и результирующие летальным исходом.

Фатальная инсомния, таким образом, представляет собой разновидность прионной спонгиоформной энцефалопатии (впрочем, как раз губчатость пораженных мозговых тканей наблюдается здесь гораздо реже, чем при прочих прионных болезнях).

Специфика обусловлена преимущественной локализацией нейродегенеративного процесса в таламусе.

Этот отдел центральной нервной системы, один из самых древних в эволюционном аспекте, выполняет ряд важнейших функций; кроме прочего, таламус отвечает за регуляцию циркадных ритмов (сон-бодрствование) и обеспечивает возможность сна как таковую, периодически приглушая сознание для отдыха, переработки накопившейся информации и восстановления мозговых нервно-психических ресурсов. Поскольку эта возможность относится к жизненно необходимым, ее выпадение неизбежно ведет к истощению и смерти.

Фатальная инсомния – очень редкое заболевание. К началу ХХI века на земном шаре было известно лишь 40 семей, несших или несущих данную генетическую аномалию.

География мест проживания этих родов не позволяет считать болезнь эндемичной, связанной с конкретным регионом: семейная бессонница зарегистрирована в Европе, США, Японии, Австралии; один случай – у жившего в Нидерландах выходца из Африки (Египет).

Фатальная семейная бессонница

Фатальная семейная бессонница — редкое генетическое дегенеративное заболевание головного мозга. Для него характерна неспособность спать (бессонница), которая может быть вначале легкой, но постепенно ухудшаться, что приводит к значительному физическому и умственному ухудшению.

У пострадавших людей также может развиться дисфункция вегетативной нервной системы, той части нервной системы, которая контролирует непроизвольные или автоматические процессы в организме — процессы, которые происходят без участия человека, такие как регулирование температуры тела, потоотделение, дыхание или регулирование частоты сердцебиения.

Конкретные наблюдаемые симптомы зависят от той части вегетативной нервной системы, которая поражена заболеванием.

Во всех случаях фатальная семейная бессонница вызывается аномальным вариантом прион-родственного белка (PRPN), хотя иногда расстройство возникает случайным образом, без варианта гена PRPN (спорадическая фатальная бессонница).

Ген PRNP регулирует выработку человеческого прионного белка. Изменения в этом гене приводят к образованию прионного белка неправильной формы, который является токсичным для организма.

При фатальной семейной бессоннице прионы накапливаются главным образом в таламусе головного мозга. Это приводит к прогрессирующей потере нервных клеток (нейронов) и различным симптомам, связанным с этим расстройством. Лечения никакого нет, но исследователи изучают способы наилучшего лечения и управления болезнью.

Болезнь классифицируется как трансмиссивная губчатая энцефалопатия (ТГЭ) или прионная болезнь. Прионные заболевания вызваны накоплением неправильно уложенных прионных белков в мозге.

Два других прионных заболевания, болезнь Крейтцфельдта-Якоба и синдром Герстмана-Штраусслера-Шейнкера, также могут возникать в результате вариаций гена PRNP, хотя некоторые прионные болезни возникают в отсутствие генетической изменчивости.

Как правило, прионные расстройства характеризуются длительными инкубационными периодами и короткой клинической продолжительностью, что означает, что аномальные прионы могут накапливаться в течение многих лет (длительный инкубационный период), но как только симптомы начинаются, расстройство быстро ухудшается.

Признаки и симптомы

Характерным симптомом при заболевании является прогрессирующая бессонница. Бессонница часто начинается в среднем возрасте, но это может произойти раньше или позже в жизни.

Бессонница может сначала быть легкой, но затем она становится все хуже, больной человек начинает все меньше спать. Бессонница обычно начинается внезапно и может быстро ухудшаться в течение следующих нескольких месяцев. Когда сон достигнут, могут возникнуть яркие сны.

Недостаток сна приводит к физическому и умственному ухудшению, и болезнь в конечном итоге прогрессирует до комы и смерти.

Хотя бессонница обычно является первым симптомом, у некоторых людей может наблюдаться прогрессирующее слабоумие, при котором возникают проблемы с мышлением, познанием, памятью, языком и поведением. Первоначально признаки могут быть незаметными и включать:

  • непреднамеренную потерю веса;
  • забывчивость;
  • невнимательность;
  • проблемы с концентрацией внимания;
  • проблемы с речью.
Читайте также:  Меланома полости рта. Синдром Пейтца—Егерса.

В конечном итоге возникают эпизоды путаницы или галлюцинаций .

У некоторых больных могут наблюдаться двойное зрение (диплопия) или ненормальные резкие движения глаз (нистагм). Могут быть проблемы с глотанием (дисфагия) или невнятная речь (дизартрия).

У некоторых людей со временем возникают проблемы с координацией произвольных движений (атаксия). Также могут развиваться аномальные движения, в том числе тремор или подергивание, непроизвольные кратковременные (до 0,1 с.

) сокращения определенных мышц (миоклония) или симптомы Паркинсона.

Часто появляются дополнительные симптомы, связанные с дисфункцией вегетативной нервной системы. Конкретные симптомы могут варьироваться от одного человека к другому в зависимости от конкретной части вегетативной нервной системы. Общие симптомы могут включать;

Тревога и депрессия также являются общими находками.

Причины

Болезнь вызывается аномальным вариантом (генной мутацией) гена PRNP. Гены предоставляют инструкции для создания белков, которые играют важную роль во многих функциях организма.

Когда происходит мутация гена, белковый продукт может быть дефектным, неэффективным, отсутствующим или перепроизводимым.

В зависимости от функций конкретного белка это может повлиять на многие системы организма, в том числе на мозг.

В редких случаях изменение (вариация) в гене PRPN у людей с фатальной семейной бессонницей происходит спонтанно, без семейного анамнеза заболевания. Это называется de novo или новой мутацией.

Изменения гена происходит во время формирования яйцеклетки или спермы только у конкретно ребенка, и никакой другой член семьи не будет затронут. Нарушение обычно не наследуется или «переносится» здоровым родителем.

Однако, человек, у которого есть этот вариант de novo, мог бы передать вариантный ген своим потомкам аутосомно-доминантным способом.

Генетические заболевания определяются сочетанием генов для определенного признака, которые находятся на хромосомах, полученных от отца и матери. Расстройства, унаследованные по доминантному типу, возникают, когда для возникновения расстройства необходима только одна копия аномального гена.

Аномальный ген может быть унаследован от любого из родителей, или он может быть результатом новой мутации (изменения гена) у пострадавшего человека. Риск передачи ненормального гена от пострадавшего родителя к потомству составляет 50% при каждой беременности, независимо от пола ребенка.

У некоторых людей развивалась смертельная бессонница без изменения гена PRPN. Утверждается, что у этих людей спорадическая фатальная бессонница, и хотя это негенетическая форма фатальной семейной бессонницы, основной фактор ее развития неизвестен. Таким образом, спорадическая фатальная бессонница встречается случайно, гораздо реже, чем фатальная.

PRNP ген производит белок под названием прионный белок, или PrP. Точная функция PrP в организме до конца не выяснена. Тем не менее, из-за варианта гена, производимый PrP развивает аномальную трехмерную форму, которая описывается просто как «неправильно сложенная».

Свернутый PrP токсичен для организма, особенно для клеток нервной системы.

При заболевании неправильно сложенный PrP в основном обнаруживается в таламусе, структуре глубоко внутри мозга, которая помогает регулировать многие функции организма, включая сон, аппетит и температуру тела.

По мере того, как неправильно свернутый PrP накапливается в таламусе, он приводит к прогрессирующему разрушению нервных клеток (нейронов), что приводит к симптомам расстройства. Повреждение мозговой ткани может выглядеть как губчатые отверстия или щели при исследовании под микроскопом,

Термин «прион» был придуман для обозначения «белкового инфекционного агента» для объяснения трансмиссивной природы прионных болезней. Обширные исследования показали, что прион — это, по сути, неправильно сложенный PrP.

Тем не менее, важно знать, что фатальная семейная бессонница не является заразной в традиционном смысле, поскольку единственный способ передать прионную болезнь здоровому человеку — через прямое воздействие на пораженную болезнью ткань мозга, возможно, путем приема внутрь или инъекции.

Если у человека без основного генетического дефекта развивается прионная болезнь, говорят, что у него «приобретенная» форма. Например, вариант болезни Крейцфельдта-Якоба возник в Соединенном Королевстве, когда люди ели загрязненную прионами говядину. Менее известный пример — это куру.

Куру является практически вымершим прионным заболеванием, возникшим у жителей Папуа-Новой Гвинеи.

Затронутые группы населения

Фатальная семейная бессонница — крайне редкое заболевание. Точная частота и распространенность расстройства неизвестны. Спорадическая форма болезни, известная как спорадическая смертельная бессонница, встречается крайне редко и была описана в медицинской литературе только у двух десятков человек.

В целом, прионные расстройства затрагивают около 1 на 1 000 000 миллионов человек в общей численности населения в год. Считается, что генетические прионные заболевания составляют около 15% всех людей с прионными заболеваниями.

Поскольку редкие заболевания часто не диагностируются или неправильно диагностируются, трудно определить их истинную частоту в общей популяции. Болезнь влияет на мужчин и женщин в равных количествах.

Средний возраст появления заболевания составляет 45-50 лет, хотя описанное заболевание встречается у лиц в подростковом возрасте и в возрасте старше 70 лет. Болезнь была описана в популяциях по всему миру.

Диагностика

Диагноз основан на выявлении характерных симптомов, детальной истории болезни, тщательной клинической оценке и разнообразных специализированных тестах.

—​ Клиническое тестирование и обследование.

В некоторых случаях молекулярно-генетическое тестирование может подтвердить диагноз. Молекулярно-генетическое тестирование может обнаружить аномальный вариант в гене PRPN, который, как известно, вызывает расстройство, но такое тестирование доступно только в качестве диагностической службы в специализированных лабораториях. Во всех случаях болезни будет обнаружен патологический вариант PRNP.

Полисомнография, также называемая исследованием сна, может быть выполнена пострадавшим лицам, чтобы выявить сокращение времени сна и трудности, связанные с переходом через различные стадии сна.

Позитронно-эмиссионная томография или ПЭТ-сканирование — продвинутый метод визуализации, полезный при диагностике фатальной семейной бессонницы. Во время ПЭТ-сканирования создаются трехмерные изображения, отражающие метаболическую активность мозга и показывающие снижение активности в таламусе (таламный гипометаболизм), как характерную особенность.

Другие передовые методы визуализации включают компьютерную томографию (КТ) и магнитно-резонансную томографию (МРТ).

КТ-сканирование бесполезно при диагностике прионных болезней, в то время как МРТ может показать некоторые отклонения при сканировании, которые могут подтвердить прионное заболевание, хотя его применение для диагностики фатальной бессонницы недостаточно хорошо охарактеризовано. Тем не менее, МРТ и КТ могут помочь исключить другие состояния, которые могут имитировать прионную болезнь.

Врачи могут также проводить тесты, чтобы обнаружить присутствие белка 14-3-3. Это нормальный белок, вырабатываемый, когда умирают нервные клетки. Иногда у людей с фатальной бессонницей уровни этого белка значительно повышаются в спинномозговой жидкости (СМЖ).

СМЖ — бесцветная жидкость, окружающая головной и спинной мозг и обеспечивающая их защиту и поддержку. Повышенные уровни 14-3-3 в СМЖ встречаются не всегда, и нормальные уровни этого белка не исключают болезнь.

Тау-белок также часто повышен в СМЖ при прионной болезни, хотя из-за редкости фатальной семейной бессонницы полезность тестирования тау-белка при заболевании не полностью понята.

Совсем недавно, тест под названием RTQuIC (метод индуцированной вибрацией конверсии второго поколения в режиме реального времени), который помогает обнаруживать низкие уровни прионов в спинномозговой жидкости, теперь используется в диагностике прионных болезней

Стандартные методы лечения

Лекарств от фатальной семейной бессонницы нет. Лечение направлено на терапию конкретных симптомов, которые проявляются у каждого человека. Лечение может потребовать скоординированных усилий команды специалистов.

Неврологам, психиатрам, психологам, специалистам по боли, социальным работникам и другим медицинским работникам может потребоваться систематическое и всестороннее планирование лечения. Психосоциальная поддержка всей семьи также необходима.

Рекомендуется генетическое консультирование для пострадавших людей и их семей.

Никаких стандартизированных протоколов лечения или руководящих принципов для больных людей нет. Из-за редкости заболевания, нет никаких испытаний лечения, которые были бы проверены на большой группе пациентов. Различные виды лечения были описаны в медицинской литературе как часть отдельных случаев или небольших групп пациентов.

Симптоматическое лечение включает противосудорожные (противоэпилептические) препараты для лечения эпилепсии или клоназепам для терапии миоклонуса. Пострадавшим людям можно посоветовать прекратить прием любых лекарств, ухудшающих спутанность сознания, память или бессонницу.

Прионные болезни: виды, симптомы, диагностика

Открытие прионных болезней мозга привело к новому пониманию этиологических механизмов некоторых нозологических форм. Открытие рода белков с содержанием аминокислот (prp) помогло определить патологические механизмы возникновения болезни. Прионный белок содержится внутри головного мозга человека в норме.

Читайте также:  Бифиформ - инструкция по применению, аналоги, отзывы и формы выпуска (таблетки, капсулы, порошок, капли - бэби, кидс, малыш и комплекс) препарата для лечения кишечных расстройств у взрослых, детей (новорожденных) и при беременности

Под влиянием провоцирующих факторов происходит патологическое скопление белковых комплексов вначале внутри клетки, а затем за пределами тканей. Попадание во внутриклеточное пространство обеспечивает формирование амилоидных бляшек.

Механизмы активации прионов остаются неизвестными, но достоверно установлено вероятность развития нозологии при употреблении в пищу животных протеинов.

До открытия прионов ученые считали, что только формы жизни с содержанием РНК или ДНК могут размножаться, вызывать патологический процесс. Прионные заболевания вызываются белками, которые способны к репликации. Состояние занимает длительный промежуток времени, поэтому нозологические формы.

Практические исследования доказали, что попадание в человеческий организм нормального прионового белка приводит последовательно к образованию патологического варианта. Размножение бактерий и вирусов проходит значительно быстрее, чем репликации прионов. За открытие патологии, объяснение механизмов формирования нозологии выделена Нобелевская премия в 1997 году Стенли Прузинеру.

Основные виды прионных болезней человека

Перечень нозологических форм, провоцируемых аномальными протеинами, постепенно обновляется. Ученые определили у человека следующие болезни:

  1. Куру;
  2. Герстмана-Штреусслера-Шейнкера;
  3. Крейтцфельда-Якобса;
  4. Фатальная семейная бессонница (инсомния);
  5. Болезнь Альпера (спонгиозная энцефалопатия).

Перечень прионных болезней животных:

  1. Трансмиссивная энцефалопатия норок;
  2. Скрепи;
  3. Изнуряющая хроническая нозология лосей, оленей;
  4. Энцефалопатия губкообразная крупного рогатого скота;
  5. Энцефалопатия кошек;
  6. Губкообразное повреждение мозга большого куду, антилопы, копытных экзотических животных.

Изменение структуры аминокислот прионных протеинов (PrP) обуславливает увеличение размеров белка, что способствует амилоидной дистрофии с разрушением церебральной структуры.

Патогенез нозологии требует учета видового барьера. Исследования выявили возникновение патологии у жирафов, обезьян, которые находились в неволе, кормились молоком коз и овец. Есть информация о фактах нарушения межвидового барьера.

Механизмы развития заболевания объясняются двумя звеньями:

  1. Попадание Prp c отличной структурой от собственного вещества организма;
  2. Преодоление видового барьера животными белками, которые человек употребляет в пищу.

Повышение пропускающей способности церебрального порога между человеческими PRP и аналогами крупного рогатого скота. Механизм, теоретически, создает возможности преодоления видового барьера.

Подтверждены гистологические свойства видового протеина энцефалопатии норок со скрепи (носитель — овца).

Сохраняются возможности передачи возбудителя от больных людей здоровым после переливания крови. Есть случаи заражения у племенного населения Папуа-Новой Гвинеи, занимающегося каннибализмом. Поедание человеческого мозга приводило к развитию заболевания.

После попадания в организм прион приобретает способность к размножению. Формы устойчивы к многим воздействиям внешней среды – ультрафиолетовое облучение, консервирование, кипячение.

Особенности болезни Крейтцфельдта-Якоба

Нозология прогрессирует быстро. Сопровождается мышечными подергиваниями, слабоумием, психическими расстройствами. Клинические симптомы развиваются последовательно.

Вначале развития прослеживаются локальные мышечные судороги. Нарастание миоклонии разных групп мускулатуры исключает возможность самостоятельного обслуживания. Крайняя стадия нозологической формы – кома.

В среднем от начала церебральных изменений до летального исхода проходит год.

Классификация болезни Крейтцфельдта по причинам возникновения:

  • Атипичная форма – при употреблении мяса крупного рогатого скота больного бешенством;
  • Ятрогенная – после введения некоторых лекарств, содержащих животные PrP (инсулин, вакцины);
  • Наследственная – генетическая склонность к размножению человеческих прионных белков;
  • Классическая (спорадическая) – в пожилом возрасте после 50-55 лет.

Спорадическая фора – самый частый вид нозологии. Активное развитие патологии наблюдалось в прошлом столетии после эпидемии коровьего бешенства. Современные тенденции обуславливают «омоложение» нозологии. Частота нозологии – в среднем один случай на миллион человек. Клинические симптомы возникают постепенно с преобладанием психических или неврологических расстройств.

Ранние признаки:

  • Нарушение сна;
  • Головокружение;
  • Утомляемость;
  • Повышенная слабость;
  • Снижение аппетита.

Через несколько месяцев развивает эмоциональная нестабильность (чередование возбуждения с депрессией), потеря полового влечения, бессонница, зрительные расстройства, бредово-галлюцинаторный синдром.

Проявления неврологических расстройств спорадического вида:

  • Судорожный синдром;
  • Нарушение координации;
  • Утрата речи;
  • Снижение мышечного тонуса с периодами миоклонии.

Финальная стадия – расстройства иннервации тазовых органов, полная обездвиженность, кома. Смертность стопроцентная. Отличаются лишь сроки возникновения патологии.

Семейная форма передается аутосомно-доминантным механизмом. Характеризуется аномалии двадцатой хромосомы. Появляется раньше спорадического аналога. Клинические симптомы подобны предыдущему виду.

Новая ятрогенная разновидность Крейтцфельдта-Якоба мало исследована. Доказать вероятность заражения во время медицинского вмешательства сложно. Экспериментально доказано возможность инфицирования после установки искусственного хрусталика, восстановления твердой мозговой оболочки, роговицы.

Длительность инкубационного периода – до двенадцати лет. Раньше появляются клинические симптомы после медицинского вмешательства непосредственно на головном мозге.

Прионовые болезни могут возникать после введения человеческого гонадотропина, других гормонов. Попадание чужеродного белка обуславливает размножение вещества.

Ятрогенная форма сопровождается преобладанием неврологических расстройств над психическими проявлениями. Нозология сопровождается рядом клинических признаков:

  • Миоклонии;
  • Мозжечковая атаксия;
  • Патология мышечного тонуса;
  • Деменция (слабоумие).

Максимальная выживаемость людей с «коровьим бешенством» — два года. Первые проявления патологии прослеживаются после 30 лет.

Особенности симптоматики болезни Герстманна-Штреусслера-Шайнкера

Нозология имеет приобретенное течение. Мутация прионного белка возникает по причине аномалии гена. Передается аутосомно-доминантным способом. Возникает редко. Частота – один человек на десять миллионов. Средний возраст – сорок лет.

Ранние признаки болезни Герстманна-Штреусслера:

  • Головокружение;
  • Мозжечковые расстройства;
  • Нарушения координации;
  • Патология тонуса мускулатуры;
  • Падение зрения;
  • Парез взора;
  • Глухота;
  • Расстройства глотательного рефлекса.

Максимальная продолжительность жизни – до десяти лет.

Поздняя стадия сопровождается выраженным слабоумием, развитием эпилептических припадков.

Симптоматика болезни Куру

Патология обнаруживается у жителей Папуа-Новой Гвинеи, где распространен каннибализм. Прионные болезни возникают после употребления мозговых оболочек, белого вещества. Попадание чужеродных протеинов приводит к симптоматике:

  • Сильная мышечная дрожь;
  • Мозжечковая дискоординация;
  • Смеющая улыбка;
  • Подергивание головы.

Слабоумие не характерно для болезни Куру.

Спонгиозная прогрессирующая энцефалопатия Альпера детского возраста

Средней возраст развития нозологии – восемнадцать лет. Передается аутосомно-рецессивным способом. Возникает при совпадении у ребенка двух аномальных генов от матери и отца. Причиной летального исхода от спонгиозной энцефалопатии Альпера является цирроз печени. Вначале появляется хронический гепатит, при котором дефекты печени зарастают нефункциональной рубцовой тканью.

Сопутствующие неврологические признаки энцефалопатии детского возраста:

  • Эпилептические приступы;
  • Расстройства зрения;
  • Инсульты.

Заболевание является одной из ранних форм прионной нозологии.

Особенности семейной фатальной инсомнии

Наследственная передача обусловлена аутосомно-доминантным механизмом. Мутация прионного протеина обуславливает постоянную бессонницу, другие неврологические признаки:

  • Учащение сокращений сердца;
  • Увеличение артериального давления;
  • Утрата внимания и памяти;
  • Зрительные галлюцинации;
  • Мышечные подергивания;
  • Тремор конечностей;
  • Галлюцинозы;
  • Психозы.

Летальный исход возникает не столько от поражений головного мозга, сколько от отсутствия сна.

Принципы диагностики прионных болезней

Верифицировать болезнь лабораторными и клинико-инструментальными методами невозможно. Неврологи устанавливают диагноз после появления симптомов. Аутопсийный и биопсийный анализ посмертно помогает подтвердить нозологию. Исследование спинномозговой жидкости не показывает изменения.

Единственный способ верифицировать патологические изменения – электроэнцефалография (ЭЭГ). Биоэлектрическая активность увеличивается над участками скопления амилоида.

Комплексное МРТ головного мозга в разных режимах

Совершенствование диагностических методик привела к определению аутоантител к мышечным нейрофиламентам. Изучить концентрацию «PrPSc» позволяет иммуноцитохимический способ. Анализ аутопсийных материалов помог определить отложение вещества внутри амилоидных бляшек. Накопление соединения обнаруживается нервных синапсов, мозговых тканей. Диагностировать PrPSc можно иммунологическими способами:

  • Иммуноблотинг;
  • Иммуноцитохимическое обследование.

Дороговизна оборудования, химических реактивов исключает возможность повсеместной диагностики заболевания.

Проведение процедур требует внимательного отношения. Литературные источники описывают случаи заражения медицинского персонала. Даже после погружения тканей мозга в формалин прионы сохраняются. Некоторые ученые описывают случаи сохранения протеинов в крови людей.

Работа должна проводиться специально обученным персоналом.

Практические эксперименты позволили выявить максимальную активность патологии после внутримозгового введения агента. Уменьшается вероятность при интраперитонеальных заносах. Пероральные заражения характеризуются минимальным риском, но случаи заболевания встречаются.

МРТ прионных болезней

Установить диагноз с помощью комплексной МРТ удается только на поздних стадиях. Гиперинтенсивный сигнал обнаруживается в гипоталамусе, хвостатом ядре. Специфический МРТ синдром патологии – «медовые соты». Обследование верифицирует атрофические изменения мозжечка, больших полушарий.

Менее информативный способ – позитронно-эмиссионная томография. Процедура обнаруживает участки пониженного метаболизма глюкозы в области мозжечка, больших полушарий.

Спорадическая разновидность хорошо диагностируется с помощью электроэнцефалографии. ЭЭГ регистрирует пароксизмальные ритмы на двенадцатой неделе после начала патологии. Трехфазные и двухфазные комплексы определяются периодически во время активного течения патологии.

Терминальная стадия с декортикацией сопровождается полиспайковыми разрядами, ЭЭГ-паттернами «вспышка-подавление».

Психологическое консультирование определяет степень когнитивных нарушений по бальной шкале, определяет степень прогрессирования психоза.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector