Персистентные инфекции. Классификация персистентных нейроинфекций.

Рис. 20.9. Схема развития персистентной инфекции, Вирионы дикого типа обозначены окаймленными черными кружками, а мутантные вирионы — другими символами. Ядра клеток Ь дикого типа заполнены точками, а ядра мутантных клеток заштрихованы. (Из (работы [46] с разрешения авторов.) Персистентные инфекции. Классификация персистентных нейроинфекций.

    Еще одна до сих пор нерешенная проблема заключается в вариабельности вируса при серийном пассировании в одном и том же хозяине или при смене хозяина. Известно, что многие тогавирусы в клетках комаров дают персистентную инфекцию, в то время как в клетках млекопитающих персистенция может и не наблюдаться. Вирус, образующийся при таких персистентных инфекциях, часто имеет сниженную вирулентность для мышей и для человека. Возможность подобных изменений нужно иметь в виду, например, при получении гемагглютинина из длительно культивируемых зараженных клеток (см. выше). [c.105]

    Сведения о биохимическом влиянии пикорнавирусов на клеточные функции получены в основном при изучении вирусов, хорошо растущих в культурах клеток и оказывающих четко выраженное воздействие на метаболизм макромолекул в зараженной клетке [106]. Так, мы довольно много знаем о влиянии на клетку цитоцидных вирусов, например полиовируса, но нам -мало что известно о последствиях заражения такими вирусами, как вирус гепатита А, который, видимо, способен вызывать только персистентную инфекцию. [c.222]

    Являясь в большинстве случаев литическими вирусами, реовирусы тем не менее способны вызывать персистентную инфекцию во многих клеточных культурах, включая фибробласты эмбриона человека [25], клетки яичника китайского хомячка [309] и мышиные L-клетки [5—10].

Установлению персистентной инфекции способствует использование вируса, пассируемого при высокой множественности заражения. Такие препараты содержат большое число делеционных и is-мутантов [7, 209, 251, 9, 10]. Весьма распространены is-мутанты с повреждениями в РНК-сег-менте S4 [9, 10]. У делеционных мутантов часто оказываются утрачены сегменты L1 и L3 [9, 10].

Встречаются делеционные мутанты с повреждениями и в других сегментах, например в S4 [9. 10]. [c.308]

    В популяциях вирусов, применяемых для установления персистентной инфекции клеточных культур, очень часто встречаются мутанты по сегменту S4 это свидетельствует о важной роли сегмента S4 в данном процессе.

Совместное заражение клеток L реовирусом типа 2 и делеционными мутантами реовируса типа 3 (предположительно, несущими мутации в сегменте S4) приводит к появлению персистентно инфицированных кле- [c.

308]

    Для установления персистентной инфекции необходимо, чтобы цитопатический эффект вируса был ослаблен.

Такое ослабление может произойти в результате мутаций в сегменте S4, ведущих к утрате способности реовируса подавлять синтез РНК и белков клетки-хозяина [256].

Поддержанию персистентной инфекции способствуют и мутации в сегменте S1, предотвращающие индуцированное вирусом подавление синтеза клеточной ДНК [256]. [c.309]

    Итак, ген L2 с участием гена М3 может играть роль в возникновении мутаций в сегментах S4 и S1, что в свою очередь может приводить к развитию и поддержанию персистентной инфекции (рис. 20.9). [c.309]

    Развитие персистентной инфекции связано не только с изменениями вируса. При персистентной инфекции клеток L наблюдаются мутации как в вирусной частице, так и в клетке. Описаны мутантные клетки L (линия LR), в которых реовирус дикого типа не способен вызывать литическую инфекцию [8, 140]. Для них характерна измененная ультраструктура [256]. [c.309]

    Чтобы установить и поддерживать персистентную инфекцию, следует нейтрализовать нормальное цитопатическое действие вируса при этом резко снижается его способность реплицироваться.

Персистентная инфекция может запускаться стандартным вирулентным вирусом, если его репликацию подавить предварительной обработкой клеток интерфероном или заражать им совместно с большим количеством ДИ-частиц.

Поддержание персистентной инфекции коррелировало со многими факторами, которые варьировали в разных линиях, но все, без исключения, снижали уровень репликации вируса. И ДИ-частицы, и интерферон важны не только для установления, но и для поддержания персистенции.

Тем не менее обнаружилось, что главную роль в поддержании персистенции играет отбор мутантов. В целом вирусы, выделенные из персистентно зараженных клеток, существенно отличаются от тех, которые использовали для заражения.

Как правило, VSV, выделенные из персистентно зараженных клеток, образуют мелкие бляшки, реплицируются хуже, чем родительский штамм, и приобретают /s-фенотип. Хотя в ходе долговременной персистенции в вирусном геноме могут накапливаться сотни мутаций, отбору подвергаются мутанты с фенотипом РНК , пока такой фенотип не становится преобладающим в вирусной популяции. Такие мутанты способны вызывать персистентную инфекцию при переносе в незаражен-ную культуру даже в отсутствие интерферона или ДИ-частиц. [c.442]

    Дефектные интерферирующие частицы (ДИ) вируса гриппа генерируются пассажами с высокой л1ножественностью заражения в пермиссивных клетках. Эти частицы интересны тем, что они облегчают установление персистентной инфекции в культурах клеток и могут, таким образом, вызывать латентность.

Они содержат молекулы маленьких РНК, которые отсутствуют в инфекционном вирусе и генерируются предпочтительнее массовой внутренней делецией из трех генов Р [74, 75], хотя клонированная ДНК одной малой РНК оказывается составленной из нескольких сегментов по крайней мере двух генов полимеразы [27, 70].

[c.155]

    Персистентной инфекции культур клеток при полном отсутствии ЦПД или минимальном его проявлении можно добиться несколькими способами. Одним из них является пассирование вируса с высокой множественностью инфекции и пересев выживающих клеток.

Другие методы включают заражение частично устойчивых клеток в присутствии противовирусных антител или интерферона. Для получения персистентно инфицированных культур можно инкубировать клетки, зараженные температурно-чувствительными мутантами РСВ при частично ограничивающей размножение температуре для подавления ЦПД.

Такие культуры после установления персистенции поддерживают при той же температуре. Исход опыта зависит от конкретных свойств используемого мутанта.

Температурно-чувствительные мутанты комплементационной группы В, продуцирующие при неразрешающей температуре лишь небольшое количество антигена, не подходят для данной цели, поскольку дают либо абортивную, либо литическую инфекцию.

С другой стороны, мутанты группы D, синтезирующие при неразрешающей температуре значительное количество антигена, воспроизводимо дают персистентно инфицированные культуры, которые можно пассировать неограниченное число раз [39]. Персистентно инфицированные культуры служат хорошим источником вирусного антигена для проведения анализа по методу ELISA (см. разд. 2.10). [c.159]

    Можно отметить кажущееся противоречие между сказанным теми общеизвестными данными, что персистентная инфекция кле-очных культур большинством цитодеструктивных вирусов (таких ак вирусы везикулярного стоматита и осповакцины, реовирусы, ерпесвирусы, тогавирусы и др.) моделируется достаточно трудно, ишь с помощью специальных методических приемов.

Противоречия е будет, если принять во внимание разнообразие еще не учтенных (акторов, участвующих в формировании персистентных инфекций леточных культур [16], а также неконтролируемые пути распростра-ения контаминированных клеточных линий по различным лабора-ориям. В этих случаях обнаружение в клеточных культурах осторонних агентов оценивается уже как контаминация.

[c.105]

    В клинических условиях были проведены многочисленные работы с интерферонами [24, 151, 239]. Сначала их проводили с целью использования антивирусной активности интерферонов.

В настоящее время представляется маловероятным, что интерфероны найдут широкое применение в качестве противовирусных агентов при таких заболеваниях, как грипп или герпесные инфекции, однако их, по-видимому, удастся использовать для лечения заболеваний, опасных для жизни, таких как бешенство, геморрагические лихорадки, герпетические энцефалиты, а также для лечения персистентных инфекций, вызываемых вирусом гепатита В, VZV, вирусом папилломы( бородавок) и цитомега-ловирусом. [c.72]

    Информация, полученная в исследованиях на животных, указывает на то, что делеции в соответствующих участках генома могут давать жизнеспособные мутанты с ограниченной способностью к репликации in vivo [102].

Некоторые мутанты вируса полиомы с делециями в ранних участках способны заражать мышей-сосунков, но уровень репликации при этом равен 1/10—1/10000 уровня репликации вируса дикого типа. Несмотря на такой уровень рестрикции in vivo, некоторые из этих делеционных мутантов растут в культуре клеток до такого же высокого титра, как и дикий вирус.

В отличие от вирусов дикого типа делеционные мутанты не вызывают персистентную инфекцию у мышей-сосунков [102].

Хотя паповавирусы не являются подходящими кандидатами для разработки вакцин, данные, полученные в опытах с мутантами вируса полиомы, свидетельствуют о том, что делеция в соответствующем участке генома ДНК-содержащих вирусов может ограничивать репликацию вируса in vivo, не влияя на его рост в культуре ткани. Более того, делеционные мутанты могут благоприятно изменять патогенез инфекции, превращая персистентную инфекцию в спонтанно затухающую. [c.175]

    Подавляет синтез клеточных РНК и белков Ответствен за установление персистентной инфекции Обладает сродством к дцРНК [c.278]

    При длительной персистентной инфекции мутации появляются и в других сегментах дцРНК. Они часто возникают в сегменте S1, возможно, изменяя способность белка al подавлять синтез клеточной ДНК [256].

Описано множество других мутаций в потомстве is-мутантных реовирусов, использованных для получения персистентно зараженной культуры.

Эти мутации часто не имеют отношения к поддержанию персистентной инфекции они свидетельствуют лишь о высокой частоте генетических изменений, происходящих в популяции реовирусов в ходе инфекции [10, 11]. [c.309]

    Показано, что обработка клеток L хлоридом аммония приводит к подавлению литической реовирусной инфекции и к развитию персистентной инфекции [49]. Хлорид аммония — лизосо-мотропный агент, который приводит к повышению pH и тем самым, возможно, препятствует раздеванию вирионов. Однако до конца его роль в развитии персистентной инфекции не установлена. [c.310]

Читайте также:  Высокое сечение мочевого пузыря. Цистотомия. Операции на простате.

    Для всех клеток, за исключением клеток членистоногих, репликация тогавирусов является летальным событием. При этом в клетке почти полностью подавляется синтез макромолекул и очень быстро блокируется функционирование Na/K-АТРазы [29].

Однако известны многочисленные хорошо документированные случаи, когда устанавливается персистентная инфекция. Большинство из них характеризуется низким содержанием вируса или дефектными формами вирусного генома. Некоторые из дефектных вирусов фенотипически проявляются как температурочувствительные мутанты или мутанты по типу бляшек.

Другие имеют свойства дефектных интерферирующих (ДИ) частиц [11, 95]. ДИ-частицы представляют собой обычный продукт большинства систем вирус—клетка они содержат делеционный вариант вирусного генома, в котором сохраняются участки, необходимые для репликации нуклеиновой кислоты и ее упаковки в вирионы.

У большинства ДИ-частиц нормальные последовательности генома перетасованы, но в то же время определенные области сохраняются. У SFV и SIN последние состоят из З -конца и последовательности около 5 -кон-ца РНК [44, 55, 57, 82] (рис. 21.2). Наиболее интересная последовательность недавно обнаружена у двух ДИ-РНК SIN.

На 5 -конце РНК этих ДИ-частиц последовательности практически идентичны тРНК Р клеток крысы [57]. Возможное значение этой структуры обсуждалось ранее в связи с репликацией РНК. В присутствии ДИ-РНК репликация нормальной вирусной РНК подавлена и репликация вируса оказывается угнетенной.

При этом инфекция становится намного менее цитопатической и клетки могут выжить. Персистентная инфекция такого типа обычно оказывается временной она заканчивается либо полным излечением (т. е. потерей всей вирусной генетической информации), либо самопроизвольным кризисом с обильной продукцией вируса и цитопатическим действием.

Эти состояния имитируют некоторые вирусные заболевания (хотя в последних важную роль в подавлении размножения вируса играют иммунные защитные механизмы), а иногда, возможно указывают на существование необычных типов патогенности. [c.360]

    Аренавирусы имеют очень ограниченный спектр природных хозяев ( ri etidae, включая полевок, песчанок и др., и Muridae, включая мышей, крыс и др.) [126], но многих животных можно заразить ими в опыте.

Обычно природные хозяева заражаются вирусами на ранних этапах жизни с последующим развитием у них персистентной инфекции с выделением вируса [125, 198.

Развивающийся при этом хронический гломерулонефрит связан с присутствием комплексов антиген—антитело [52, 169]. [c.402]

    Врожденная инфекция или возникшая сразу после рождения обычно характеризуется отсутствием или присутствием в низких концентрациях нейтрализующих антител, виремией и выделением вируса в течение всей жизни в лимфу и мочу [75, 198]. Как считают Роулс и сотр. [198], развитие персистентной инфекции связано с компетентностью и зрелостью иммунной системы.

Взрослые животные, подвергающиеся заражению, обычно справляются с виремией и дают заметные титры нейтрализующих антител. При этом важную роль играют комплемент [261] и гуморальный и клеточный иммунные ответы.

В модельных системах за летальный исход инфекции при заражении вирусом ответственны изменения, обусловленные взаимодействием между цитотоксическими Т-лимфоцитами и зараженными [c.402]

    В заключение нужно отметить, что группа аренавирусов включает возбудителей, которые вызывают не только тяжелые, иногда летальные, заболевания человека, но и персистентные инфекции у грызунов отдельных видов.

Полученные к настоящему времени сведения о патогенезе аренавирусных заболеваний и о молекулярной основе возникновения и поддержания персистентной инфекции скудны. Этот вопрос предстоит подробно исследовать в будущем. [c.

403]

    Принимая во внимание сложный механизм гибели клетки при рабдовирусной инфекции, кажется вероятным, что персистентная инфекция отражает не нарушение специальной летальной функции вируса, а угнетение вирусных функций ниже уровня, необходимого для гибели клетки.

До сих пор непонятно, почему в популяции вирулентного вируса отбору подвергаются частицы, дефектные по репликации.

Хотя вирусы, выделенные при персистентной инфекции, чувствительны к температуре, клеточные культуры обычно ведутся при температурах, полностью пермиссивных для вирусов дикого типа и лишь полупер-миссивных для /s-мутантов. Тем не менее такие мутанты распространяются в культуре.

Эксперименты по коинфекции показали, что /s-мутанты VSV способны подавлять репликацию вируса дикого типа, ж то время как репликация самих мутантов лишь усиливается [50]. Эти результаты объясняют, почему /s-мутанты поддерживаются в популяции и даже пользуются [c.442]

    Что касается геномики вирусов, то для большинства патогенных для человека вирусов (возбудителей вирусных гепатитов, ВИЧ-инфекции и СПИДа, герпесвирусных инфекций, натуральной оспы, гриппа и др.) уже известна первичная нуклеотидная последовательность полноразмерного генома (структурная геномика).

Более того, накоплено много данных по функциональной геномике (роль отдельных фрагментов в формировании вторичной структуры генома, в образовании белков вирионов, в репликации и сборке вирионов).

Именно геномные исследования вирусов позволили объяснить их высокую пластичность (способность к рекомбинации, наличие гипервариабельных областей).

Многие вирусы формируют длительную персистентную инфекцию, в результате которой происходит селекция новых вариантов вируса с изменённой первичной последовательностью, а следовательно, с изменёнными патогенными и антигенными свойствами. [c.29]

Персистирующие инфекции у детей младшего и старшего возраста

В начале ХХ века ведущая роль принадлежала инфекциям бактериальной природы (скарлатина, дифтерия, коклюш, дизентерия). Во второй половине ХХ и в начале ХХI веков доминируют инфекционные заболевания вирусной этиологии (грипп, ОРВИ, энтеровирусные, ротавирусная, герпетическая инфекции и др.). Ежегодно в Российской Федерации регистрируются от 31 до 36 млн.

случаев инфекционных заболеваний, в том числе более 18 млн. случаев среди детей (О.В. Шарапова, 2004). В структуре заболеваемости у детей преобладают острые инфекции верхних дыхательных путей различной этиологии. Латентные и персистирующие формы инфекций у детей остаются малоизученными.

Возникновение и развитие персистирующих инфекций нередко обусловлено внутриутробным инфицированием детей. Актуальность изучения перинатальных инфекций обусловлена широкой циркуляцией возбудителей в популяции и высокой частотой передачи их ребенку от матери (Исаков В.А. с соавт., 2006).

Наряду с острым течением инфекции, у ребенка может наблюдаться длительная персистенция возбудителя с формированием медленно текущего хронического инфекционного процесса. Атипичность клинических проявлений при внутриутробном заражении плода, трудность лабораторного диагноза и низкий уровень информированности врачей приводят к поздней диагностике внутриутробных инфекций у детей.

Однако в сознании врачей все больше укрепляется мнение, что патология периода новорожденности имеет больше отношение к инфекции, чем к родовой травме и нарушениям плацентарного кровообращения.

 Среди сложных проблем внутриутробных инфекций наибольшее значение имеют случаи  инфицирования с медленным течением и манифестацией не в периоде новорожденности, а в более старшем возрасте (Kimberlin D.W., 2005). По данным В.Ф. Учайкина (2004), у большинства детей, умерших в детском возрасте (до 14 лет) от различных причин, фоновым заболеванием была внутриутробная инфекция и связанное с ней иммунодефицитное состояние.

 Персистирующие и латентные инфекции довольно широко распространены, однако до сих пор их последствия для будущего здоровья детей педиатрами явно недооцениваются. Чаще всего персистирующие и латентные инфекции у детей развиваются при инфицировании внутриклеточными возбудителями (хламидии, микоплазмы).

Из вирусных инфекций, способных дать персистенцию на длительный срок жизни ребенка, все чаще выявляются герпесвирусы, вирус цитомегалии, вирус болезни Эпштейна-Барр и др.

Из постнатально перенесенных заболеваний у детей дошкольного и школьного возраста персистирующее и латентное течение возникает при иерсиниозной инфекции (кишечный иерсиниоз, псевдотуберкулез).

Хламидийная инфекция

Хламидии вызывают значительно большее число болезней, чем считалось ранее. Доказана роль отдельных представителей семейства хламидий в репродуктивном здоровье женщин и формировании патологии плода и новорожденного.

Микоплазмоз

Микоплазмы являются одной из наиболее частых инфекций плода, они вызывают поражение оболочек последа и различных органов плода. При инфицировании микоплазмами оболочки последа имеют макроскопически диффузные бляшковидные утолщения.

Персистирующие инфекции семейства герпесвирусов

Этиология. По механизму действия на человека вирусы семейства герпеса делятся на три подсемейства: α, β, γ. Для α-герпесов (вирусы простого герпеса и варицелла-зостер) характерно преимущественное поражение кожи и слизистых, а также персистенция в нервных ганглиях.

Герпесвирусная инфекция

Известно 8 типов герпес-вируса, выделенного у человека. Все они имеют общие антигены, сходную структуру и являются ДНК-геномными внутриклеточными возбудителями. Герпес-вирусы состоят из 3 основных компонентов: нуклеоида, представляющую собой двунитчатую ДНК, капсида и белково-липидной оболочки. Этиологически значимыми вирусами являются вирусы простого герпеса-1 (ВПГ-1) и ВПГ-2.

Цитомегаловирусная инфекция

Цитомегаловирусная инфекция (ЦМВИ) наиболее частая причина внутриутробных инфекций. Частота врожденной ЦМВИ колеблется от 0,3 до 2,45 %. По данным серологических исследований инфицированность ЦМВ составляет 40-60% детей в возрасте до 5 лет. 

Болезнь Эпштейна-Барр. Инфекционный мононуклеоз

 Этиология. Инфекционный мононуклеоз вызывается вирусом Эпштейна-Барр (ВЭБ) и характеризуется лихорадкой, интоксикацией, генерализованной лимфаденопатией, увеличением печени и селезенки.

Токсоплазмоз

В различных районах нашей страны антитела к токсполазмам имеют от 5 до 50% населения. Динамика пораженности детей с 6 месяцев до 14 лет характеризуется возрастающей кривой от 0-3% до 40% в 7-14 лет. 

Иерсиниозы

Возбудители данной инфекции способны длительно персистировать в органах и тканях больного ребенка, периодически после даже незначительных провокаций способны давать рецидивы инфекции.

Читайте также:  Тэнфлекс спрей, раствор для местного использования 0,15% - инструкция по применению, формы выпуска, аналоги и отзывы

Микст-инфекции

Структура инфекционной патологии претерпела существенные изменения и сейчас в ней преобладают микст-инфекции.

Особую проблему представляют дети с внутриутробной инфекцией, иммунная система которых еще до рождения подвергается сильной антигенной нагрузке.

Несмотря на самые современные антибиотики, лечение таких больных, к сожалению, не всегда бывает успешным и одна из причин этого – несвоевременная или неполная диагностика всего спектра патогенов. 

Заключение

Независимо от вида возбудителя, если инфекция принимает персистентное или латентное течение, необходимо проводить клинико-лабораторный диагностический поиск с целью уточнения стадии инфекционного процесса, своевременного выявления реактивации возбудителей для решения вопроса о лечебной тактике.

При микст-инфекциях, затяжном или хроническом инфекционном процессе (в случаях синтропии) педиатр при диспансерном наблюдении больных должен нацеливать лечение на повышение иммунологической реактивности детей и выбирать эффективные этиотропные средства и выгодные сроки для эрадикационной терапии.

Возрастные дозы лекарственных препаратов, используемых при лечении персистирующих инфекций у детей

Ликопид, табл. по 1 и 10 мг 

Новорожденным детям – по 0,5 мг (1/2 табл.) 2 раза в день за 20 мин. до еды 

  • От 6 мес. и старше – по 1 мг 1 раз в день 
  • Виферон-1, свечи по 150.000 МЕ 
  • Новорожденным детям – по 1 свече 2 раза в сутки через 12 часов 
  • Недоношенным детям (

Динамика активности персистирующих инфекций | #05/18 | «Лечащий врач» – профессиональное медицинское издание для врачей. Научные статьи

Персистирующие инфекции могут являться причиной целого ряда заболеваний. Некоторые из них характеризуются тяжелым клиническим течением, особенно в раннем возрасте. В России, к сожалению, сохраняется высокий уровень детской инфекционной заболеваемости [1].

Известно, что в основном передача инфекции осуществляется в первые годы жизни человека, иногда — внутриутробно. Так, заражение герпес-вирусами человека 1–2, а также 4–6 типов в большинстве случаев реализуется в возрасте до двух лет.

Источником инфекции чаще всего является ближайшее окружение ребенка, которое в первые два года его жизни представлено членами семьи и/или обслуживающим персоналом (няни, воспитатели и пр.).

За последние пять лет увеличилось число детей в возрасте до одного года, умерших от генерализованных вирусных инфекций [2]. При этом, по данным литературы, у детей маркеры активной персистирующей инфекции выявляют чаще, чем у взрослых [3].

Одним из факторов, обусловливающих высокий уровень репликации инфекционных агентов, является незрелость иммунной системы в раннем возрасте [4]. Несмотря на обилие научных работ, посвященных проблеме персистирующих инфекций, вопрос особенностей динамики их активности остается открытым.

Объект и материалы исследования

Предметом анализа явились данные, полученные при обследовании детей и подростков, находившихся на стационарном лечении в клинике Московского НИИ педиатрии и детской хирургии (в последние годы — Обособленное структурное подразделение Научно-исследовательский клинический институт педиатрии им. акад. Ю. Е. Вельтищева ФГБОУ ВО РНИМУ им. Н. И. Пирогова) Минздрава РФ, и их родителей.

Проанализированы результаты обследования 1079 пациентов, из которых 1064 (98,6%) составили дети и подростки в возрасте от 2 месяцев до 17 лет и 15 (1,4%) взрослых в возрасте от 23 до 52 лет.

У каждого пациента одновременно исследовали от одного до трех образцов различных биологических материалов, всего 2051 образец. Из них осадков мочи — 877 (42,8%); буккальных соскобов — 104 (5,1%); объединенного материала, включающего осадок мочи и буккальный соскоб, — 901 (43,9%); крови — 169 (8,2%) (табл. 1).

Методы исследования

ДНК персистирующих инфекций в исследованных материалах выявляли посредством полимеразной цепной реакции, при постановке которой использовали полные наборы реактивов (kits) для лабораторной диагностики in vitro производства «ВСМ», «Диасан» и «Гентех», г. Москва, Россия.

Использовали моноспецифические наборы, укомплектованные нелиофилизированными супермиксами, готовыми к употреблению, замороженными и хранившимися при температуре от –25 до –28 °С.

По нашим данным, использование именно таких наборов позволяет достичь наиболее качественных результатов.

Оценивали активность репликации следующих микроорганизмов: Chlamydia trachomatis, Mycoplasma hominis, Ureaplasma urealyticum, цитомегаловирус, вирус Эпштейна–Барр, вирус простого герпеса 1–2 типов.

Среди пациентов девочки и женщины составили 56,7% от числа обследованных, мальчики и мужчины — 43,3%.

Возрастная характеристика пациентов отражена в табл. 2: возраст большинства пациентов составил от двух до 16 лет.

При определении периодов активной репликации персистирующих инфекций в зависимости от возраста фрагмент исследования включал данные, полученные при обследовании 876 пациентов.

Основным критерием отбора явилось одновременное исследование в материале не менее 3 инфекций (герпес-вирусов 4–6 типов и/или облигатных внутриклеточных паразитов). У каждого больного, соответственно, исследовали 3 или 6 инфекций. Такой подход позволил снизить избирательность выборки по той или иной инфекции.

Результаты исследования и их обсуждение

Выявлены следующие закономерности (рис. 1):

  1. Наибольшая частота обнаружения ДНК Chlamydia trachomatis приходится на возраст до двух лет, от 8 до 12 лет, от 14 до 16 лет, а также на взрослых пациентов. У детей эти периоды соответствуют врожденной и перинатальной инфекции, времени активных межличностных контактов и первого сексуального опыта. У детей в возрасте от 0,2 до 8 лет число положительных проб постепенно снижается. Наиболее вероятные причины этого: а) созревание иммунной системы и, как следствие, совершенствование контроля за размножением микрофлоры; б) стабилизация контактов с детьми старшего возраста и взрослыми, что снижает вероятность первичной контаминации. По достижении школьного возраста и в пубертате число контактов, индуцирующих первичное инфицирование, резко возрастает.
  2. Наибольшая активность Mycoplasma hominis зарегистрирована в возрасте до двух лет, от 4 до 6, от 8 до 12 лет и от 16 до 18 лет. Причины такой закономерности не столь очевидны, как для Chlamydia trachomatis. Можно лишь констатировать, что максимальная частота высокой репликационной активности приходится на периоды проявления врожденной и перинатальной инфекции, дошкольной социализации и подростковый.
  3. Как и для Chlamydia trachomatis, частота выявления активной репликации Ureaplasma urealyticum постепенно уменьшается к возрасту от 8 до 10 лет. Затем стабильно возрастает, превышая в подростковом периоде и у взрослых показатели, зарегистрированные в детстве, более чем в два раза. Частота выявления ДНК Ureaplasma urealyticum у детей старше 12 лет оказалась выше ожидаемой — от 23,5% до 39,5%, причем активность репликации Ureaplasma urealyticum и Mycoplasma hominis оказалась высокой и в основном соответствовала 2–4 баллам.

Отчетливая закономерность показана для цитомегаловируса: частота выявления ДНК в образцах стабильно снижается до 0 у обследованных взрослых, что можно рассматривать как доказательство зависимости активной репликации цитомегаловируса именно от зрелости иммунной системы (рис. 2).

  • Аналогичные, хотя и не столь четко выраженные изменения частоты активной репликации в зависимости от возраста можно проследить и для вирусов Эпштейна–Барр и вируса простого герпеса 1–2 типов.
  • Для ответа на вопрос, существуют ли сезонные изменения активности персистирующих инфекций, мы проанализировали частоту положительных проб в течение двух полных лет; был обследован 871 пациент.

Диаграмма отражает закономерности изменения количества положительных проб Chlamydia trachomatis, Mycoplasma hominis и Ureaplasma urealyticum в течение года (рис. 3).

Вопреки ожиданиям, наибольшая активность Chlamydia trachomatis приходится на период с апреля по июнь. Отмечаются существенные колебания показателя в первом полугодии с максимумом в июне и минимумом в марте и стабильно низкие показатели во втором полугодии.

Период наибольшей репликационной активности Mycoplasma hominis зарегистрирован с марта по июнь. В целом в течение всего первого полугодия регистрируется высокий уровень положительных проб, за исключением февраля. Во втором полугодии число положительных проб снижается и остается стабильным в течение всего периода, за исключением октября.

Частота выявления ДНК Ureaplasma urealyticum крайне нестабильна с декабря по июнь, а в июле резко уменьшается и сохраняется на относительно низком уровне до ноября. В декабре значение показателя возрастает, достигая максимума.

Таким образом, общим для исследованных внутриклеточных паразитов является нестабильность и более высокие значения показателя в первом полугодии (для Ureaplasma urealyticum — с декабря по июнь) и, напротив, относительно низкое и стабильное число положительных проб во втором полугодии.

Не исключено, что снижение и стабилизация показателя в период с июля по декабрь вызвана улучшением метаболизма, а значит, и адаптивного иммунитета во второй половине лета и осенью.

Для персистирующих герпес-вирусов какой-либо четкой сезонной закономерности не выявлено, однако частота выявления ДНК вируса простого герпеса 1–2 типов стабильно повышается, в мае достигая максимума, а затем снижается к концу года до минимального значения (рис. 4).

Выводы

Проведенное нами исследование позволило сделать следующие выводы:

  • При анализе динамики активности персистирующих инфекций в зависимости от возраста показано, что наибольшая частота выявления ДНК Chlamydia trachomatis отмечается в возрасте до двух лет, от 8 до 12 лет, от 14 до 16 лет, а также старше 18 лет. В период от 0,2 до 8 лет число положительных проб постепенно снижается.
  • Наибольшая активность Mycoplasma hominis отмечается в возрасте до двух, от 4 до 6, от 8 до 12 и от 16 до 18 лет.
  • Активность Ureaplasma urealyticum уменьшается к 8–10 годам, затем стабильно возрастает, в подростковом периоде и у взрослых более чем двукратно превышая показатели, зарегистрированные в детстве.
  • Частота проб, включающих ДНК герпес-вирусов, с возрастом стабильно снижается. В наибольшей степени такая закономерность свойственна цитомегаловирусу.
Читайте также:  Невропатия седалищного нерва. Невропатия малоберцового нерва.

При исследовании сезонной активности всех облигатных внутриклеточных паразитов выявлена ее существенная вариативность в первом полугодии с максимумом в июне и относительное снижение и стабилизация во втором полугодии.

  • Максимум репликационной активности Chlamydia trachomatis зарегистрирован с апреля по июнь, Mycoplasma hominis — с марта по июнь, а Ureaplasma urealyticum — в декабре.
  • Четкой закономерности динамики сезонной активности цитомегаловируса и вируса Эпштейна–Барр не выявлено.
  • Частота выявления ДНК вируса простого герпеса носит сезонный характер: с начала года стабильно повышается, в мае достигая максимума, а к концу года снижается до минимального значения.

Литература

  1. Мазанкова Л. Н., Захарова И. Н. // Рос. вест. перинат. и педиатрии. 2010. № 5. С. 8–11.
  2. Лобзин Ю. В. Проблемы детских инфекций на современном этапе // Инфекционные болезни. 2009. № 2. С. 7–12.
  3. Учайкин В. Ф., Нисевич Н. И., Шамшева О. В. Инфекционные болезни и вакцинопрофилактика у детей. М.: ГЭОТАР-медиа. 2006. 688 с.
  4. Щеплягина Л. А., Круглова И. В. Возрастные особенности иммунитета у детей // РМЖ. № 23, 2009, с. 1564.

Е. И. Шабельникова1, кандидат медицинских наук В. С. Сухоруков, доктор медицинских наук, профессор Е. А. Ружицкая, кандидат медицинских наук А. В. Семенов, кандидат медицинских наук М. В. Кушнарева, доктор медицинских наук, профессор

ФГБОУ ВО РНИМУ им. Н. И. Пирогова МЗ РФ, Москва

Вирусная персистенция

Вирусная персистенция (Virus persistence)

сохранение вируса в функционально активном состоянии в клетках организма или культур ткани за пределами тех сроков, которые характерны для острой инфекции.

Соответственно, инфекции, обусловленные феноменом вирусной персистенции, называют персистентными вирусными инфекциями.

Как правило, они протекают при менее выраженных по сравнению с острой инфекцией клинических проявлениях, либо вовсе без них.

Выделяют три группы персистентных вирусных инфекций:

  1. хронические,
  2. латентные   

    и

  3. медленные.

    Хронические инфекции отличаются от двух других тем, что присутствие вируса определяется относительно просто с помощью лабораторных методов; к их числу относятся, например, хронические формы вирусного гепатита В . При латентных инфекциях, типичных, в частности, для герпесвирусов, возбудитель маскирован в тканях, и его выявление возможно при обострениях. При медленных инфекциях, представителем которых может считаться болезнь Крейцфельда-Якоба, вирусная персистенция приходится на чрезвычайно длительный (несколько лет) инкубационный период, предшествующий медленно развивающемуся заболеванию.

   В клеточных культурах вирусная персистенция воспроизводится при заражении клеток нецитопатогенными возбудителями, когда их размножение не сопровождается нарушениями структуры и основных биологических функций клетки; такие клетки в свою очередь сдерживают вирусную репликацию путем выработки интерферона .

    Персистентно инфицированные клетки могут длительное время поддерживаться в серийных пассажах. Известны примеры экспериментального выведения клеточных линий в состоянии персистентной инфекции вирусом гепатита А и вирусом гепатита Е .

   Другим механизмом персистенции является интеграция вирусного генома в хромосомы клетки-хозяина, в таком виде в клеточных линиях сохраняются онкогенные вирусы. В этой связи следует отметить, что поверхностный антиген гепатита В обнаруживается в клеточных линиях, происходящих из первичной гепатоклеточной карциномы; последняя, как установлено, этиологически ассоциирована с гепатитной В инфекцией .

   Продукция этого антигена в некоторых клеточных линиях, в том числе известных под названием PLC/PRF/5 и гепатомы Александера (Alexander hepatoma cell line), столь велика, что они могут рассматриваться как источник получения антигена для диагностических целей.

    Вследствие вирусной персистенции отдельные клеточные линии оказываются спонтанно контаминированными разнообразными агентами, включая и те, которые происходят из тканей организма, из которых исходно извлекались клетки, или из биологических компонентов (например сыворотки), входящих в состав питательных сред. Это обстоятельство должно быть принято во внимание при использовании клеточных линий в вирусологической работе.

Фгбну нцпз. ‹‹экзогенно-органические психические заболевания››

Вирусные поражения нервной системы составляют большую часть инфекционно-органических заболеваний мозга. Это связано прежде всего с высокой нейротропностью большинства вирусов, что создает повышенный риск развития остро, подостро или хронически протекающих воспалительных заболеваний мозга.

Большое значение для понимания патогенеза вирусной нейроинфекции имеют представления о возможности существования в организме человека медленной инфекции и возможности персистенции вируса.

Под персистенцией вируса понимается бессимптомное пребывание вируса в организме, медленная же инфекция рассматривается как длительный бессимптомный период болезни с последующим медленным ее развитием и прогрессированием.

Медленная инфекция обусловлена так называемыми медленными вирусами, открытие которых в 80-е годы имело огромное значение не только для вирусологии, но и для психиатрии, поскольку клиническая картина заболеваний в этих случаях в большей мере определяется психическими расстройствами.

С медленными вирусами связывают развитие и некоторых форм деменции [Gajdusek D. C., Gibbs C. J., 1982].

Для медленных инфекций ЦНС характерны длительный латентный период, поражение многих систем организма, тяжелое течение и неблагоприятный исход.

При расширенном понимании медленных инфекций к ним с достаточным основанием могут быть отнесены и заболевания, вызываемые известными вирусами, которые, персистируя в организме, провоцируют развитие иммунопатологического процесса с воспалительной реакцией в ЦНС (коревые энцефалиты, энцефалиты, вызываемые вирусом краснухи и др). Но в группу истинно медленных инфекций включают болезни, обусловленные инфекционными агентами, которые вызывают в основном дегенеративные изменения ЦНС с нерезко выраженными воспалительными реакциями на фоне сниженного иммунного ответа организма (СПИД, подострый склерозирующий панэнцефалит, прогрессирующая мультифокальная лейкоэнцефалия).

В последние 15 лет из группы заболеваний, развитие которых ранее связывалось с воздействием медленных вирусов [Gajdusek D. C., Gibbs C. J, 1982], стали выделять прионные болезни. Это произошло после того, как был введен термин «прион» и обнаружен прионовый белок [McKinley M. P.

, Botton D. S., Prusmer S В., 1983]. В настоящее время к ним относят 6 болезней животных и 4 болезни человека — болезнь Крейцфельда—Якоба, куру, синдром Герстманна — Штреусслера — Шайнкера и фатальную семейную инсомнию [Завалишин И А и др., 1998].

Психиатры наблюдают чаще всего первую из них. Для понимания патогенеза вирусных нейроинфекций важно также иметь в виду, что в некоторых случаях наблюдается воздействие не одного вируса, а их группы — «вирусассоциированные» формы заболеваний.

Так, доказана роль респираторных вирусов в развитии герпетического энцефалита.

Вирусные энцефалиты разделяют на первичные и вторичные Первичными энцефалитами принято называть заболевания, обусловленные первой встречей организма человека с новыми вирусами, при поражении которыми наиболее отчетливо и в первую очередь выявляются признаки поражения ЦНС.

К вторичным энцефалитам относят заболевания, вызванные персистирующим вирусом. Первичные энцефалиты делятся на группу природно-очаговых, или полисезонных, и группу вакцинальных.

Вторичные, или персистентные, энцефалиты включают в себя первично- и вторично-персистентные формы, когда вирус начинает персистировать после первичного острого энцефалита [Уманский К. Г, 1977].

Любой вирусный энцефалит является редким заболеванием, ибо его развитие определяется, как уже говорилось, не только контактом организма с возбудителем, а в основном эндогенной недостаточностью иммунных механизмов. Именно с недостаточностью этих механизмов связано понятие вирусно-генетических энцефалитов (имеется в виду генетически детерминированная слабость иммунных механизмов).

Независимо от нозологической принадлежности энцефалиты сопровождаются комплексом воспалительных изменений. Почти во всех случаях можно наблюдать отечность и повышенное кровенаполнение мозговой ткани; на фоне общей гиперемии могут отмечаться и мелкие кровоизлияния.

Воспалительные клеточные инфильтраты мозга рассеяны в паренхиме, но особенно часто их можно видеть в периваскулярных пространствах, при этом наблюдаются воспалительные изменения и в самой стенке сосудов (артерииты) Изменения нервных клеток развиваются по типу острых дистрофий с разной выраженностью демиелинизации, пролиферацией и гипертрофией глиальных элементов, особенно микроглии. При вирусных поражениях нервной системы в клеточных элементах мозга находят соответствующие включения. При некоторых вирусных энцефалитах дистрофические изменения клеточных структур преобладают над воспалительными.

При энцефалитах, особенно при вирусных, наряду с диффузными изменениями часто наблюдаются локальные поражения.

Так, энцефалит типа Экономо поражает преимущественно подкорковые структуры, что обусловливает последующее развитие паркинсонизма; при бешенстве в первую очередь страдают нейроны ножек гиппокампа и клетки Пуркинье мозжечка; вирус полиомиелита имеет тропизм к передним рогам спинного мозга.

Энцефалит, вызываемый Herpes simplex, часто сопровождается поражением нижних отделов височных долей, что нередко дает симптоматику опухолей мозга соответствующей локализации.

В случаях тяжелых энцефалитических поражений наряду с описанными воспалительными изменениями возможны некрозы нервной ткани и сочетания этих процессов

В отличие от острых энцефалитов хронические формы характеризуются фиброзом мозговых оболочек и диффузными дистрофическими изменениями нервных клеток вплоть до их исчезновения и атрофией мозговой паренхимы.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector